БИБЛИОТЕКА    ПРОИЗВЕДЕНИЯ    ССЫЛКИ    О САЙТЕ




предыдущая главасодержаниеследующая глава

Рожденные столицы

Тот, кто никогда не был в так называемой "провинции", плохо сейчас себе эту провинцию представляет.

Тот, кто был в этой провинции до революции,- не представляет ее совсем.

Прежде всего, самое название "провинция" дико устарело. Архаический язык еще склонен называть провинцией даже такие города, как Минск, Казань, Симферополь, а эти города, волей революции ставшие столицами, растут, строятся, а главное, дышат самостоятельной культурой своей освобожденной страны.

Наши дни - начало культурной революции - постоянно отмечают рост интересов рабочей массы к литературе.

Мне, по моей разъездной специальности чтеца стихов и лектора литературы, нагляднее и виднее этот рост.

За последние два месяца я выступал около 40 раз по разным городам Союза.

Первое впечатление - аудитория круто изменилась. Раньше редкий город мог бы выдержать более чем один литературный вечер. И аудитория - прежде густые, потом битые сливки города. Расходились задолго до окончания, чтобы не обменяли их ботики и шубы. Расстанешься после вечера и больше никогда и никого не видишь, разве что у зубного врача на приеме.

Сейчас любой платный вечер, рассчитанный на пару-рублевые билеты, неизменно горит. Тем не менее барьеры поломаны и стекла выбиты - это идут по два, по три на каждый входной и галерочный билет. Неизменная фраза перед началом каждого чтения: "Прошу товарищей галерочников слезть в партер!"

Настоящая аудитория и настоящее чтение начинается только на другой день.

Так, в Баку, после вечера в бывшем особняке бывшего миллионера, теперь Дворце тюркской культуры, звонки - "отношения".

- Товарищ Маяковский, ждем тебя в доках!

- Товарищ Маяковский, красноармейцы и комсостав такой-то и такой-то дивизии ждут тебя в Доме Красной Армии!

- Студенты не могут думать, что ты уедешь, не побывав у них... - и т. д., и т. д.

Зато и слушатель встречается по-другому.

Грузчик в Одессе, свалив на пароход чьи-то чемоданы, здоровается со мной без всякого обмена фамилиями и, вместо: "Как поживаете?" - валит: "Скажи Госиздату, чтобы Ленина твоего дешевле издал".

Красноармеец из уличного патруля (3 года назад в Тифлисе) сам удостоверяет мою поэтическую личность.

За один день читал (за один, но не один) от гудка до гудка, в обеденный перерыв, прямо с токарного станка, на заводе Шмидта; от пяти до семи - красноармейцам и матросам в только что строенном, прекрасном, но холодном, нетопленном Доме Красной Армии; от девяти до часу - в университете, - это Баку. Еще бы, он столичнится на моих глазах.

Я помню дореволюционный Баку. Узкая дворцовая прибрежная полоса, за ней грязь Черного и Белого города, за ней - тройная грязь промыслов, с архаической фонтанной и желоночной добычей нефти. Где жили эти добыватели - аллах ведает, а если и жили где, то не долго.

Пыльно, безлисто.

Культура - "интернациональная".

Язык - среднерусский: "беру манташевские, даю манташевские!"

Запросы простые - заплатить копейку, вышибить рупь.

А тюркский язык - к чему он? Манташев и без него в Париже обойдется, а манташевский рабочий читать все равно не умеет.

Я видел Баку 24-го года.

Свобода наций бурно выплеснулась на каждый дом тюркским алфавитом вывесок.

С неба непрерывный дождь, с боков непролазная грязь (она течет с боков горок, делая улицы непроходимыми). С моря- непродуваемый, непродыхаемый норд-ост.

Каждый день моего недельного визита, пробираясь с кем-нибудь или к кому-нибудь из бакинцев, я слушал бесконечные планы, проекты.

Азцик. Тов. Агамали-Оглы говорит: "Тюркский алфавит - уже препятствие нашей культуре, мы переведем его на европейский, латинский".

Азнефть. Тов. Киферис говорит: "Желонки, фонтаны уже препятствие для нефтепромышленности. Мы переведем ее, выравняем на Америку, на групповой привод".

Азпролеты. Поэт говорит: экзотика, чадры, "синь тюркская" и прочие восточные сладости, вывозимые отсюда Есениным,- уже препятствие для нашей культуры,- мы должны ориентировать ее на рабочего, на индустрию.

После годовщины десятилетия я опять объехал Баку.

Часов в 6 утра протираю глаза. И от утра, и от необычайности зрелища. Навстречу прогромыхал электропоезд. Огромнейшие, чистейшие вагоны поднимали к проводам пары стальных иксов. На таких иксах вели поезда электровозы по тоннелям под Нью-Йорком. В двадцать четвертом я трясся здесь в чем-то теплушечном, обдаваемый копотью. Тогда дорога шла через песок и пустырь, сейчас - через европейские коттеджи, в садиках и цветниках.

Въезжаю в Баку.

В первый раз в жизни читаю тюркские слова вывесок латинским шрифтом.

Этот шрифт - культурнейшая революция,- это сближены пониманием начертания - четверти человечества.

Хожу. На пригорке сад. Лестница белого камня. Было кладбище. Велели родственников перенести. Теперь разрастается парк и сад, а лестница из невзятых памятников.

Вечером читаю в Доме тюркской культуры. До начала меня ведут в просторный зал читальни. Тов. Юрин, талантливый поэт из Бакинской ассоциации пролетписателей, знакомит с тюркскими, уже большими и знаменитыми (4 года!) писателями.

На столе развернуты журналы - толстый лит-политический - полутюркский, полулатинский алфавит. Тоньше - пионерский.

Это уже не сколок с московской культуры. Разница не количественная, а качественная. Это столичная культура - экономического, политического и культурного центра Азербайджана.

Сходства культуры - это не насилие сотни миллионов над десятком, - это общность идей одного трудового человечества, на разных языках строящего одну коммунистическую культуру.

На другой день я сорок минут мчал трамваем через новенький город в клуб Шаумяна - рабочие-подростки слушали стихи, не шелохнувшись, а потом - засыпали снегом записок.

- Что такое рифма?

- Как выучиться стать поэтом?... и т. д.

Через три часа заторопились, но и торопливость особенная.

- Кончай, товарищ, а то завтра в семь утра трубы таскать, а уходить не хочется.

Я взялся писать и о Минске, и о Харькове, и о Краснодаре, и о Казани, но не могу оторваться на коротком расстоянии фельетона и от одного Баку.

Поэты и писатели, где живая хроника городов и людей?

Жизнь интереснее и сложнее поэтических и беллетристических книг о ней.

Я видел, как хохотали рабочие Баку над Яковом Шведовым, повертевшимся по Баку в качестве метра и потом тиснувшего в Москве стих (проснитесь, тов. редактор! У вас есть Б. С. Э.? ) о том, что баржи наливаются нефтью прямо в Баку и прямо прут на Босфор, и даже без крохотной пересадки. А в хвост к этому стиху пристегнул от стиха бакинского поэта Юрина и без всяких кавычек.

Это пишет "знаменитый", бывший в Баку, а что пишут не знаменитые и не бывшие?

Провинция слопает! - так, что ли?

Фактов я еще наприведу в других очерках, но выводы и сейчас ясны.

Провинций много и сейчас, но они не то и не там, где были раньше. Провинция - думать, что для стихов подойдет и Каспийское море, впадающее в Черное.

Провинция - думать, что стихи величественнее газетной заметки, хотя их, как видите, можно высасывать из пальца (даже из чужого!), и никто за это из поэтов не выгоняет.

По Советской республике накопились новые факты, и ловить их в записную книжку интереснее, чем размусоливать потрепанный любовный фактик в целый роман или рассказ. Интереснее и читателю и писателю. Если писатель продолжит по-старому, его перерастет и массовый читатель, как уже перерос многие категории культработников.

Союз Советских Республик - это не политическая формула. Это жизнь тела территорий и наций со светлыми и особенными головами столиц.

[1928]

Примечание

Рожденные столицы. Впервые - газ. "Ленинградская правда", 1928, 22 января.

Очерк написан Маяковским после лекционной поездки, состоявшейся в конце 1927 года по маршруту Харьков - Ростов - Новочеркасск - Таганрог - Армавир - Баку - Тифлис. В Баку, где Маяковский пробыл четыре дня (с 4 по 7 декабря), он выступал семь раз. Впечатлениям от этого и предшествующего пребывания в столице Советского Азербайджана и посвящен главным образом очерк, задуманный как рассказ об экономическом и культурном росте при Советской власти республиканских центров, о превращении провинциальных в недавнем прошлом городов в подлинные столицы. Маяковский продолжает развивать в этом очерке мысль, которая проходит через его зарубежные памфлеты и очерки о провинциализме жизни и уклада, характерных для европейских столиц, и о расцвете советских городов.

...в Баку, после вечера в бывшем особняке бывшего миллионера.- Речь идет о первом выступлении Маяковского в Баку 4 декабря 1927 года с чтением поэмы "Хорошо!" в доме бывшего нефтепромышленника Мусы Нагиева.

Желоночная добыча нефти… - подъем нефти из скважины при помощи желонки, примитивного прибора, напоминающего по своему принципу ведро.

..."беру манташевские, даю манташевские!" - Речь идет о биржевых спекуляциях акциями бывшего нефтепромышленника Манташева, эмигрировавшего после Октябрьской революции в Париж.

Я видел Баку 24-го года.- В 1924 году Маяковский в Баку не выступал, но, возможно, останавливался на обратном пути из Тифлиса, где он был в начале сентября 1924 года. Все содержание этой "бакинской" части очерка (упомянутые встречи, время) говорит о том, что имеется в виду недельное пребывание Маяковского в Баку в феврале 1926 года. Такую "путаницу" во времени следует рассматривать, очевидно, как литературный прием автора, строившего свой очерк на контрастах, противопоставлении нового старому.

Тов. Агамали-Оглы, Самед-Ага (1867-1930) - Председатель АзЦИКа (Азербайджанского Центрального Исполнительного Комитета Советов). Поэт познакомился с ним в 1926 году.

Тов. Киферис - точнее, Тиферис Л. Л. (ум. 1956) - в 1927 году один из руководителей технической реконструкции бакинской нефтяной промышленности.

Групповой привод - метод глубоконасосной эксплуатации, при котором от одного привода (мотора) эксплуатируется несколько (группа) скважин.

Азпролеты - азербайджанские пролетарские поэты.

...от необычайности зрелища.- Речь идет о первой в СССР электрифицированной в 1926 году железной дороге между Баку и его рабочим пригородом - Сабунчи - Сурахая.

Юрин, Михаил Парамонович (р. 1893) - советский поэт.

Яков Шведов - Шведов, Яков Захарович (р. 1905) - советский поэт.

С. Стыкалин.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://v-v-mayakovsky.ru/ "V-V-Mayakovsky.ru: Владимир Владимирович Маяковский"