БИБЛИОТЕКА    ПРОИЗВЕДЕНИЯ    ССЫЛКИ    О САЙТЕ




предыдущая главасодержаниеследующая глава

"Окна" роста и Главполитпросветка

Примечание

"Второе собрание сочинений" - так назвал В. В. Маяковский свои "окна" сатиры РОСТА и "окна" Главполитпросвета. И эта оценка злободневных агитационных однодневных плакатов на самые разные темы, делавшихся ручным способом, весьма знаменательна и говорит о многом. С одной стороны, подчеркивалась масштабность этой работы, место ее в творческой биографии художника. С другой стороны, здесь содержалось признание общественно-исторической и литературно-художественной, эстетической ценности этих плакатов. Сознание необходимости ростинских плакатов для народа, который с оружием в руках отстаивал завоевания Октября от посягательств белогвардейщины и интервентов, прорывал кольцо вражеской блокады, боролся с разрухой, голодом, холодом, эпидемиями, заставляло Маяковского и его товарищей по литературно-художественному отделу РОСТА изо дня в день и в неимоверно тяжелых условиях писать эту художественную летопись самого трудного для социалистической революции трехлетья. Тогда же, очевидно, пришло и понимание того, что "окна" не только станут ярчайшими документами эпохи первой в истории человечества социалистической революции, но и откроют новую страницу в литературе и искусстве. И это понимание огромной значимости "окон сатиры" заставило Маяковского вскоре же после прекращения их выпуска привлечь внимание советской общественности к собиранию и сохранению всего, что уцелело от них (см. статьи поэта 1923 года "Революционный плакат" и "Собирайте историю"), неоднократно говорить об "окнах" и своей ростинской деятельности в последующие годы (см. статьи "Только не воспоминания...", "Прошу слова...", "Окна сатиры РОСТА", выступление в доме комсомола Красной Пресни на вечере, посвященном двадцатилетию деятельности, 25 марта 1930 года).

"Окна" сатиры РОСТА вывешивались и выставлялись в пустующих витринах магазинов, расположенных в самых людных местах: главных магистралях городов, центральных и привокзальных площадях, заводских предместьях и т. д. Отсюда, от магазинных витрин, пошло и их название - "окна". Сюда, к этим витринам, или "окнам", стекался народ, чтобы узнать последние новости с фронтов и строек, подхватить очередной призыв партии и правительства, уяснить для себя ближайшие задачи в сложных условиях новой экономической политики, еще больше утвердиться в правоте того дела, во имя которого переносились невзгоды и лишения, велась смертельная борьба с многочисленными врагами Советской республики. И здесь, у этих "окон", откликающихся на самые важные, самые животрепещущие вопросы дня, никогда не умолкал смех. Художники и поэты, создававшие эти плакаты, делали не только повседневное дело публицистов, призванных писать историю современности, не только оказывали правдивым словом агитатора посильную помощь своему народу в борьбе за новую жизнь. Они несли борющемуся народу бодрый юмор и тот заряд оптимизма, которые помогали легче преодолевать трудности и лишения, сохранять веру в близкое и неизбежное торжество коммунизма.

Первые "окна сатиры" появились в Москве в конце августа - начале сентября 1919 года. Делались они художником М. М. Черемных и журналистом Н. К. Ивановым-Граменом, работавшими в это время в РОСТА - Российском Телеграфном Агентстве, которым заведовал П. М. Керженцев. М. М. Черемных вспоминал позже: "Я сговорился с Ивановым-Граменом и на свой страх и риск сделал первое "Окно РОСТА"... показал Керженцеву и, получив его одобрение, вывесил в витрине бывшего магазина Абрикосова, на углу Чернышевского переулка и Тверской" ("Маяковский в РОСТА", журн. "Искусство", 1940, № 3). "Окно" имело большой успех у публики. Это заставило ростинцев периодически обновлять витрину, выпускать новые "окна", а затем приспособить для тех же целей несколько новых магазинных витрин в разных местах Москвы: на Кузнецком мосту, на Сретенке и др. Плакаты; которые выставлялись в этих витринах, на первых порах не дублировались, составляли самостоятельные серии со своей периодичностью обновления, своей нумерацией.

Первое 'окно' сатиры Роста, сделанное В. Маяковским. 1919
Первое 'окно' сатиры Роста, сделанное В. Маяковским. 1919

Назывались эти серии "окон" по месту их постоянной экспозиции, по магазинам: "абрикосовская", "сорокоумовская" и т. д. Спустя четыре-пять недель после первого появления "окон", в начале октября Маяковский, только что закончивший работу над "Советской азбукой", познакомился с одним из таких плакатов у витрины сорокоумовского магазина на углу Кузнецкого и Петровки и сразу же оценил огромные художественные и агитационные возможности "окон". Он, по его словам, "немедленно обратился" к П. М. Керженцеву, который и "свел" его с М. М. Черемных, Вместе с художником И. А. Малютиным, пришедшим в РОСТА тогда же, они составили ту могучую тройку, которая и явилась основной силой во всей последующей работе над "окнами".

В. В. Маяковский с головой уходит в работу над "окнами сатиры", сразу же берет в свои руки всю литературную часть дела, интенсивно, не уступая в этом М. М. Черемных и И. А. Малютину, трудится и над рисунками плакатов как художник. Вскоре он становится душой всего дела, связанного с выпуском "окон" сатиры РОСТА, которое крепло и ширилось буквально с каждым днем. Именно он, подготавливая текст "окон", намечал и определял их тематику и содержание, объем совместной работы художественного коллектива ростинцев. Такому положению Маяковского в коллективе способствовали большой литературный и политический авторитет поэта, его огромное личное обаяние. Этот авторитет и негласное руководство Маяковского всем делом по выпуску "окон" сатиры РОСТА признавал и М. М. Черемных, заведовавший художественным отделом, и руководитель РОСТА - П. М. Керженцев. С тем и другим у Маяковского быстро установилось полное взаимопонимание. В лице П. М. Керженцева Маяковский нашел мудрого и чуткого партийного руководителя и организатора, единомышленника и соратника по литературному делу, по борьбе за новое искусство и новую культуру, человека, обладающего огромной эрудицией и широким кругозором, умением найти и поддержать любые ростки нового, передового. Его влияние, вся атмосфера в РОСТА оказали самое плодотворное воздействие на Маяковского.

А. А. Дейнека. Маяковским в мастерской 'Окна РОСТА'. 1941 г. Маяковский в мастерской РОСТА. Художник А. Дейнека. 1941
А. А. Дейнека. Маяковским в мастерской 'Окна РОСТА'. 1941 г. Маяковский в мастерской РОСТА. Художник А. Дейнека. 1941

"Окна" сатиры РОСТА по праву считаются детищем В. В. Маяковского. Но родиться и развиться в такое яркое и самобытное явление, стать могучим оружием революционной агитации и воспитания масс, а вместе с тем феноменом большого, невиданного раньше искусства "Окна РОСТА" Маяковского могли только под влиянием Октябрьской социалистической революции и только в тех конкретно-исторических условиях, которые сложились в Советской России в ходе борьбы с интервентами и белогвардейщиной.

Образование РОСТА входило составной частью в ленинский план создания советской печати-печати нового типа. Новый единый информационный орган призван был не только снабжать правдивой информацией советские газеты. На него возлагались большие надежды и в плане дальнейшего расширения, улучшения и совершенствования всей организаторской, пропагандистской и агитационной работы нашей печати. Однако должная реализация этих ленинских планов наступила только после прихода к руководству РОСТА весной 1919 года П. М. Керженцева. Профессиональный революционер-большевик, работавший с В. И. Лениным еще в эмигрантские годы, талантливый литератор, хорошо понимавший особую специфику журналистской профессии, ее исключительно важную роль в условиях борьбы за построение социалистического общества, - Керженцев блестяще реализовал самые широкие замыслы вождя, касающиеся РОСТА. Помимо прямых своих функций, РОСТА берет на себя целый ряд таких обязанностей, которые никогда прежде не выполняло ни одно информационное агентство: оно ведет работу по руководству периферийной печатью, инструктированию и подготовке журналистских кадров, осуществляет огромную издательскую деятельность. Умение чутко реагировать на запросы нового читателя, преодолевать трудности, вся атмосфера творческого горения и исканий, характерная для коллектива РОСТА, в котором дружно работали партийные литераторы, лучшие представители старой творческой интеллигенции, талантливая молодежь,- все это и подготовило появление, а затем широкое распространение "окон" сатиры РОСТА.

'Окно' Роста № 532. Фрагмент. Рисунок В. Маяковского
'Окно' Роста № 532. Фрагмент. Рисунок В. Маяковского

В предисловии к каталогу выставки "окон" сатиры РОСТА, организованной в Третьяковской галерее в связи с десятилетием со времени их появления, П. М. Керженцев писал: "Окна сатиры Роста родились в 1919 году, когда из-за типографской разрухи у нас не было литографий, красок, бумаги, специалистов литографского дела и т. д." ("Выставка "Окна сатиры РОСТА", М., Гос. Третьяковская галерея, 1929). О том же неоднократно говорил и В. В. Маяковский, ставивший их рождение в прямую зависимость от "труднейшего, безбумажного, безмашинного, ручного времени" (см. статью "Окна сатиры РОСТА"). Тяжелое состояние бумажной промышленности и полиграфии отрицательно сказывалось на положении молодой советской печати. Сокращалось общее количество периодических изданий. Даже "Правда" выпускалась порой уменьшенным форматом и на двух полосах, тиражом, едва превышающим 100 тысяч экземпляров. Плохо налажен был н аппарат распространения печати. Газета порой не доходила до своего главного читателя - рабоче-крестьянской массы. В силу этого снижалась систематическая агитация. Констатируя такое положение, IX съезд РКП(б), состоявшийся в конце марта - начале апреля 1920 года, призвал коммунистов "приложить все усилия к тому, чтобы повысить количество производимой бумаги, улучшить ее качество, внести в типографское дело порядок и тем обеспечить рабоче-крестьянскую Россию социалистическим печатным словом" ("КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК", М., 1970, т. 2, стр. 164). Осуществлению этой важной задачи способствовала инициатива самих работников печати и политработников.

В коллективе РОСТА рождаются первые "устные газеты" (громкие читки печатных газет в клубах, агитпунктах и т. д.) и "живые газеты" (инсценировки, театрализованные представления на злобу дня). Ростинцы начинают первыми создавать газеты агитпоездов и агитпароходов, используя для этого на первых порах мел и стены вагонов, борта и рубки пароходов. РОСТА становится инициатором выпуска печатных стенных газет, предназначавшихся для расклейки в самых людных местах: на улицах и площадях, на вокзалах, агитпунктах, клубах и т. п. Ростинцы начинают первыми использовать витрины магазинов для помещения в них так называемых "плакатных вестников" или "окон последних телеграмм", которые делались от руки художниками-шрифтовиками и ежедневно обновлялись.

Агитпоезд на фронте. Слева на поезде витрина Роста
Агитпоезд на фронте. Слева на поезде витрина Роста

Особую роль в подготовке выпуска "Окон сатиры РОСТА" сыграла "Стенная газета РОСТА". С приходом П. М. Керженцева эта газета стала выходить несколько раз в неделю. По типу этой газеты Центро-РОСТА начинают выпускать свои "стенновки" местные отделения РОСТА. Огромная важность газет такого типа подчеркивалась в одном из инструктивных писем Центро-РОСТА, составленном в августе 1919 года и подписанном П. М. Керженцевым: "Современный бумажный кризис, недостатки газетных работников и наше бездорожье, тормозящее доставку газет, выдвигает на очередь вопрос об организации в возможно широком масштабе сети нового типа массовых газет - стенных газет массового назначения". Широкая сеть губернских и уездных "Стенных газет РОСТА" позволила не только лучше организовать информационную службу, но и превратила РОСТА в крупнейший и хорошо налаженный центр систематической агитации среди самых широких слоев населения республики. Очень скоро, уже в 1920 году, эти газеты составили около половины всех периодических изданий, выходивших в Советской России.

Опыт издания таких газет нового типа оказал существенное влияние как на сам факт появления "окон" сатиры РОСТА, так и на характер их содержания, степень распространенности, формы бытования.

'Окно' Роста № 598. Рисунок В. Маяковского
'Окно' Роста № 598. Рисунок В. Маяковского

Первые "окна" сатиры РОСТА делались в виде увеличенных страничек сатирического журнала. Это была попытка создания сатирического журнала, "печатаемого" ручным способом, то есть размножаемого с помощью трафаретов. Дальше этих планов на первых порах не шли ни Черемных, ни Керженцев. П. М. Керженцев хорошо понимал большую революционизирующую роль сатиры, грозную силу смеха. Знал он и то, как высоко ценили сатиру и юмор, мастерски пользовались оружием смеха К. Маркс и Ф. Энгельс, В. И. Ленин и его ближайшие соратники. Керженцев приглашает М. М. Черемных для постоянной работы в РОСТА как художника, проявившего себя на сатирическом поприще. С приходом Черемных на страницах ростинских изданий, и прежде всего в "Стенной газете РОСТА", прочно утверждается карикатура, растет количество художников и литераторов, тяготеющих к сатирическим жанрам. Они организуют вскоре выпуск печатной сатирической стенной газеты под названием "Красный бич". Однако трудности технического порядка не позволили закрепить это издание, сделать его выпуск регулярным и оперативным. Тогда и возникла идея выпуска сатирического журнала или бюллетеня ручным способом с последующей экспозицией его в витринах магазинов.

В. В. Маяковский, придя в РОСТА, на первых порах поддерживает такое сатирическое "издание". Он сразу же отдает в распоряжение "редакции" свою "Советскую азбуку", которая начинает "печататься" из номера в номер с продолжением. До конца 1919 года им было сделано единолично или в соавторстве с М. М. Черемных и И. А. Малютиным немало таких "окон", строившихся по типу увеличенных страничек сатирического журнала. Каждая "страничка" состояла из нескольких самостоятельных, тематически не связанных друг с другом сатирических произведений самых разных жанров. Будучи острозлободневными по своему содержанию, яркими и остроумными по исполнению, "окна сатиры" привлекали толпы читателей. Именно читателей, так как текст таких "окон" исчислялся многими десятками строк, а рисунки имели, как правило, самостоятельное значение.

Вместе с тем В. В. Маяковский создал сразу же новый тип "окон сатиры", который постепенно вытеснил "окна-странички". С начала 1920 года эти новые "окна" позволили ростинцам превратить ручной плакат в эффективное оружие агитации и воспитания масс не только в пределах Москвы, но и в масштабах всей Советской Республики.

Маяковский отказался от многотемности, присущей "окнам-страничкам". Содержание каждого "окна" было подчинено только одной теме, одной конкретной агитационной задаче - разъяснению сущности партийной недели, проводимой в эти дни, призыву пополнять ряды Коммунистической партии, обращенному к трудящимся. Текст и рисунки взаимодополняли друг друга, работали на главную цель плаката.

Первое "окно" сатиры РОСТА, выполненное Маяковским, подсказало ростинцам, что в определении их тематики главным должно быть действенное участие художника-агитатора и поэта в важнейших политических, партийных, военных и народнохозяйственных кампаниях, проводившихся партией и правительством, что содержание "окон сатиры" должно определяться важнейшими политическими лозунгами и призывами партии, черпаться из самых последних решений и постановлений партии, выступлений ее вождя и главы первого в мире рабоче-крестьянского государства В. И. Ленина, его ближайших соратников по партии и революционной борьбе. В этом же "окне" Маяковский успешно решил проблему связи художника с читателем и зрителем, доступности и доходчивости главной мысли, выраженной им в плакате.

Особая форма бытования плаката, вынесенного на улицу, требовала новых форм обработки агитационного материала, поисков новых выразительных средств как в тексте, так и в рисунках. Главным достоинством этой новой формы должна была стать простота, четкость и сжатость, присущие "телеграфному стилю". Это важно было прежде всего с точки зрения восприятия такого плаката рабоче-крестьянской и красноармейской массой, которая в основном была малограмотна. Лаконизм выразительных средств, четкость и определенность мысли позволяли, помимо всего прочего, успешно решать и проблему тиражирования таких ручных плакатов, а следовательно, эффективности их воздействия на самые широкие массы. Такие "окна" можно было легко размножать с помощью трафаретов. Этот старый прием мастеров малярного дела был усовершенствован ростинцами и оказал им большую услугу в дальнейшей работе над "окнами сатиры". Таким способом можно было в течение нескольких дней размножать "окна" в количестве 200-300 экземпляров. Уже на второй день "резчики" изготавливали до 50 комплектов трафаретов, которые немедленно рассылались во все 47 (а в дальнейшем и больше) местных отделений РОСТА, где они размножались и распространялись своими силами. Такая практика сложилась уже к весне 1920 года.

Оценивая позже "окна", В. В. Маяковский писал в статье "Только не воспоминания...": "Окна РОСТА - фантастическая вещь. Это обслуживание горстью художников, вручную, стопятидесятимиллионного народища". Фантастической казалась сама затея: восполнить ручным трудом то, что не в состоянии был дать печатный станок. Еще более фантастической казалась эта затея, когда речь заходила о масштабах страны, читательской аудитории. Но на деле все оказалось вполне реальным. Фантастическими были лишь масштабы, интенсивность труда горстки художников и поэтов, тот общественный резонанс, который вызывала их работа как в Москве, так и по всей стране.

Как вспоминал В. В. Маяковский, пять московских художников-ростинцев давали ежемесячно 50 000 экземпляров "окон" сатиры РОСТА (см. статью "Революционный плакат"). Количество всех ручных плакатов, делавшихся ростинцами разных городов и отделений, измерялось многими сотнями тысяч экземпляров. А это по тем временам уже было делом нешуточным. Можно без всяких преувеличений говорить о большом значении "окон" сатиры РОСТА в общей системе средств массовой информации и пропаганды первых лет советской эпохи. Таким образом, читательская аудитория "окон" сатиры РОСТА, проникавших в самые отдаленные уголки страны, насчитывала уже не только сотни тысяч, но и многие миллионы. Ростинские плакаты успешно восполняли то, что не могли дать массам газеты той поры, общее количество которых, а особенно тиражи сокращались из месяца в месяц. Больше того, ростинские плакаты порою даже превосходили ежедневные газеты по своей оперативности.

Отмечая эти достоинства "окон" сатиры РОСТА, В. В. Маяковский писал: "Вместе с получением телеграмм (для газет, еще не напечатанных) поэт, журналист тут же давал "тему" - язвительную сатиру, стих. Ночь ерзали по полу над аршинными Аистами художники, и утром, часто даже до получения газет, плакаты - "окна сатиры" вывешивались в местах наибольшего людского скопища: агитпункты, вокзалы, рынки и т. д. Так как с машинами считаться не приходилось, плакаты делались огромных размеров, 4X4 арш., многоцветные, всегда останавливающие даже бегущего" ("Революционный плакат"). Оперативность "окон сатиры" подчеркивает Маяковский и в такой характеристике ростинского плаката: "Это телеграфные вести, моментально переделанные в плакат, это декреты, сейчас же распубликованные частушкой" ("Только не воспоминания...").

В тех же статьях Маяковский дает представление и о трудовой атмосфере в плакатной мастерской РОСТА, у себя дома, где продолжалась за полночь работа над "окнами". "О качестве работы судите сами, - писал он.- Количество ее было непомерно. У меня комната на Лубянском проезде; я работал в ней часов до двух ночи и ложился спать, подложив под голову не подушку, а простое полено,- это для того, чтобы не проспать и успеть вовремя обвести тушью ресницы разным Юденичам и Деникиным" ("Только не воспоминания...").

Еще полнее характеризует он атмосферу самоотверженного труда и энтузиазма, царившую в плакатной мастерской РОСТА, в другой статье "Прошу слова...".

"Вспоминаю - отдыхов не было. Работали в огромной нетопленой, сводящей морозом (впоследствии - выедающая глаза дымом буржуйка) мастерской РОСТА.

Придя домой, рисовал опять...

С течением времени мы до того изощрили руку, что могли рисовать сложный рабочий силуэт от пятки с закрытыми глазами, и линия, обрисовав, сливалась с линией.

По часам Сухаревки, видневшимся из окна, мы вдруг втроем бросались на бумагу, состязались в быстроте наброска, вызывая удивление Джона Рида, Голичера и других заезжих, осматривающих нас иностранных товарищей и путешественников. От нас требовалась машинная быстрота: бывало, телеграфное известие о фронтовой победе через сорок минут - час уже висело по улице красочным плакатом.

"Красочным" - сказано чересчур шикарно, красок почти не было, брали любую, чуть размешивая на слюне. Этого темпа, этой быстроты требовал характер работы, и от этой быстроты вывешивания вестей об опасности или о победе зависело количество новых бойцов. И эта часть общей агитации подымала на фронт".

Маяковский хорошо понимал огромную силу смеха, которым заряжены были "окна" сатиры РОСТА; не случайно он назвал подготовленную им книгу ростинских плакатов "Грозный смех". Это был бодрый и открытый жизнеутверждающий смех великого народа, впервые в истории человечества взявшего в руки государственную власть в огромной стране и самоотверженно отстаивающего свои завоевания от натиска многочисленных врагов. Насмешка над врагами, разоблачение их антинародных деяний и хищнической сущности поддерживали в народе чувство превосходства, способствовали сохранению оптимизма и уверенности в правоте своего дела, в близком и окончательном торжестве его даже в самые тяжелые времена. Все это прекрасно понимали и П. М. Керженцев, всемерно способствовавший развитию сатирических жанров в ростинских изданиях, и М. М. Черемных - инициатор "окон сатиры", и В. В. Маяковский, усилиями которого эти "окна" стали поистине грозным оружием в борьбе со всеми врагами советского народа, могучим средством политического, идеологического, экономического и эстетического воспитания масс.

В "окнах" сатиры РОСТА Маяковский и его товарищи использовали все многообразные формы смеха - от гневной бичующей сатиры до безобидного добродушного юмора. Беспощадная истребительная война с классовыми врагами, с силами мировой реакции и империализма соседствовала в "окнах" с лояльной критикой ошибок, предрассудков и заблуждений, от которых не свободны были и сами трудящиеся массы и новый управленческий, государственно-хозяйственный аппарат. Вместе с тем сатира и юмор в "Окнах РОСТА" постоянно сочетались с героикой, с пафосом утверждения нового, передового в жизни страны и народа, с открытым агитационным мобилизующим призывом, с конкретной агитацией фактами этой новой жизни и борьбы советского народа. Все это многообразие художественных средств и приемов обусловлено было содержанием "окон", той тематикой, которая подсказывалась Маяковскому и его товарищам по РОСТА непосредственно жизнью или, говоря словами самого поэта, "бешеным темпом революции".

Характеризуя тематику "окон сатиры", Маяковский писал:

"Диапазон тем огромен:

Агитация за Коминтерн и за сбор грибов для голодающих, борьба с Врангелем и с тифозной вошью, плакаты о сохранении старых газет и об электрификации" ("Прошу слова...").

По этим плакатам, писал он в другой статье, повторяя ту же мысль, "день за днем можно было в стишках и карикатурах проследить всю историю революции" ("Собирайте историю").

Особое место в галерее "Окон РОСТА", созданных Маяковским, занимают плакаты, посвященные коммунистической партии, показу ее организующей и мобилизующей роли в революционной борьбе народа, пропаганде ее решении. Органически связаны с этой темой "окна", посвященные пропаганде ленинских идей, выступлений вождя на съездах и конференциях, на собраниях, в печати. Тема партии, тема торжества ленинских идей звучит и в "окнах", посвященных годовщинам Великой Октябрьской социалистической революции.

Здесь, в "окнах" сатиры РОСТА, начинает Маяковский создавать свои первые гимны партии большевиков, делает заготовки к своей будущей Лениниане:

 1. Если жить вразброд, 
    как махновцы хотят, 
 2. буржуазия передушит нас, как котят. 
 3. Что единица? 
    Ерунда единица! 
 4. Надо 
    в партию коммунистическую объединиться. 
 5. И буржуи, 
    какими б ни были ярыми, 
 6. побегут 
    от мощи 
    миллионных армий. 

Многие десятки его плакатов непосредственно подсказаны выступлениями В. И. Ленина, окрашены светом ленинских идей, ленинской мысли. (См. об этом подробнее в примечаниях к "окнам".)

Работу над "окнами" сатиры РОСТА Маяковский оценивает с точки зрения тех требований, которые предъявлялись В. И. Лениным молодой советской печати в статье "О характере наших газет". Эта статья вождя, опубликованная в "Правде" в сентябре 1918 года, идеи и мысли, выраженные в ней, были тогда же прочно усвоены Маяковским и взяты на вооружение во всей его многогранной литературно-художественной и общественной деятельности. Особенно важную роль сыграли эти ленинские идеи и указания в формировании стиля "окон" сатиры РОСТА.

С 15 по 21 мая 1920 года в Москве проходил Первый Всероссийский съезд работников РОСТА. В своем докладе при открытии съезда П. М. Керженцев отметил, что "окна" стали важной частью художественной пропаганды в структуре РОСТА. Маяковский, выступая на съезде со специальным докладом, говорил об использовании искусства в целях агитации и пропаганды, об особом характере "окон" сатиры РОСТА, их специфике и ссылался при этом на статью В. И. Ленина "О характере наших газет": "Товарищ Ленин в одном своем письме по поводу стиля нашей газетной работы категорически заявлял, что единственно огромный недостаток нашей работы - это отсутствие в ней телеграфного лаконического стиля, что все то, что мы можем сказать в продолжение пяти - десяти минут, в статье обыкновенно размусоривается на целые столбцы". И, останавливаясь на главных задачах нашей прессы, Маяковский говорил: "Следовательно, необходимы все силы, работающие в нашей прессе, устремить на изобретение способа, при котором ударность наших идей не ослаблялась бы туманностью и запутанностью формы". Подчеркивая огромную важность разработки новых форм художественной пропаганды и агитации, соответствующих новому, революционному содержанию, Маяковский добавлял: "Нам нужно, чтобы агитационный лозунг не терял всей своей остроты" ("Доклад о художественной пропаганде на Первом Всероссийском съезде работников РОСТА 19 мая 1920 г.").

В январе 1921 года руководство РОСТА посылает В. В. Маяковского в качестве официального своего представителя в комиссию художественно-изобразительного отдела, созданного при Всероссийском бюро по производственной пропаганде. Комиссия поручает Маяковскому выработать "проект организации художественной пропаганды", а вскоре, 4 марта того же года, по поручению Всероссбюро он выступает со специальным докладом "Изобразительное искусство и производственная пропаганда" на Всероссийском совещании по производственной пропаганде.

Все это свидетельствует об огромной роли, которую играл В. В. Маяковский в создании и утверждении той новой формы художественной агитации, какой стали "окна" сатиры РОСТА, о большом его авторитете как в РОСТА и Главполитпросвете, так и в высших республиканских организациях, и прежде всего в партийных органах, осуществлявших руководство всеми средствами массовой информации и пропаганды.

Маяковский в своих статьях и выступлениях, посвященных "окнам" сатиры РОСТА, постоянно подчеркивал главенствующую роль П. М. Керженцева, который, будучи руководителем РОСТА, нес ответственность перед партией как за слаженность всех ее звеньев, так и, в особенности, за высокую партийность всей агитации и пропаганды, проводимой ею. Большой редакторский такт П. М. Керженцева, помноженный на авторитет большого литератора и партийного руководителя, способствовал всемерному развитию инициативы в этом творческом коллективе, росту идеологической зрелости, партийности, политической зоркости и остроты каждого его участника, а особенно Маяковского, к могучему таланту которого он относился с особым вниманием и чуткостью. И этот такт, этот стиль партийного руководителя, это доверие и плодотворное влияние Керженцева на Маяковского позволили последнему занять особое место в истории "окон" сатиры РОСТА.

На первых порах "окна" каждой витрины выходили со своей нумерацией или без указания номера. Таких "окон" вышло, по-видимому, около ста. С февраля 1920 года вводится единая нумерация, которая прерывается на № 944, когда прекращается их выпуск под фирмой РОСТА. Тогда же, в конце января - начале февраля 1921 года, выпускается не менее десятка "окон" по заказу ЦК Союза горнорабочих. С февраля под самостоятельной нумерацией начинают выходить "окна" Главполитпросвета, выпуск которых прекратился в январе 1922 года на № 469 или 462 (последний из обнаруженных номеров "окон" Главполитпросвета). За рамки единой нумерации выходили "окна", сделанные в сентябре 1921 года по заказу Губрабиса, которых в общей сложности вышло около десятка. И в ростинский период и в Главполитпросвете выходили изредка "окна" без номеров, имели место и "переиздания" "окон" с новой нумерацией. Таким образом, было выпущено в общей сложности не менее 1600 "окон". (Речь идет, разумеется, об "окнах", выпущенных Центро-РОСТА.)

Сам Маяковский вскоре после прекращения работы над "окнами сатиры" считал, что основная масса их безвозвратно утрачена. Однако мрачная картина, нарисованная им в статьях 1923 года, оказалась, к счастью, не точной. Она навеяна была в значительной мере впечатлениями последних месяцев работы над "окнами" Главполитпросвета. Действительно, многие "окна" этой поры, особенно оригиналы, утрачены, не сохранились и их фотографии. Далеко не все они обнаружены и в трафаретных оттисках. С хранением "окон" сатиры РОСТА и "окон" Главполитпросвета первого периода дело обстояло иначе. И здесь особая заслуга принадлежит М. М. Черемных и Н. Д. Виноградову, который два года работал над трафаретированием "окон". М. М. Черемных вскоре после упорядочения всей работы над "окнами сатиры" организовал обязательное фотографирование оригиналов. Сохранившиеся у него альбомы с фотографиями позволили воссоздать сотни "окон", оригиналы которых не разысканы или имеют дефекты времени, хранения. Архитектор и искусствовед Н. Д. Виноградов спас и сохранил около трех четвертей всех известных в настоящее время оригиналов и трафаретных оттисков и около половины всех фотографий "окон" РОСТА и Главполитпросвета.

Большая заслуга в разыскании и сохранении "окон сатиры" принадлежит В. В. Маяковскому, который первым привлек внимание советской общественности к этим революционным плакатам, оценил их общественно-историческое и литературно-художественное значение, обратился с призывом собирать и хранить "окна" - эти, как он выразился, "клочки истории", замечательные документы революционной эпохи.

В настоящее время обнаружено и хранится в крупнейших архивах страны, в Государственном музее В. В. Маяковского около двух третей всего количества, или более 1070 "окон", сделанных за два с половиной года в Москве Маяковским и его товарищами, М. М. Черемных и И.А. Малютиным. (Участие других художников было эпизодическим.) "Окна" сатиры РОСТА не подписывались авторами. Как утверждал П. М. Керженцев, тексты ко всем этим "окнам" писались, за очень редким исключением, В. В. Маяковским. Об этом заявлял неоднократно и сам поэт: "Первое время над плакатом работал т. Грамен, дальше почти все темы и тексты мои" ("Прошу слова...").

Из сохранившихся "окон" Маяковскому как художнику принадлежит более четырехсот. Художественная манера "окон" Маяковского ярко индивидуальна, что и дало возможность установить с большей степенью достоверности их принадлежность Маяковскому.

Иначе решался вопрос о принадлежности В. В. Маяковскому текстов "окон".

При жизни В. В. Маяковского было опубликовано всего 15 "окон", тексты которых можно было считать безусловно авторизованными. Это прежде всего тексты, опубликованные поэтом в журналах "Красная нива" (1923), "Огонек" (1930), а также тексты, включенные им в четвертый том прижизненного Собрания сочинений, вышедший в 1929 году. Бесспорно, Маяковскому принадлежат тексты, указанные в каталоге выставки "20 лет работы Маяковского", а также тексты, автографы или варианты которых сохранились в записных книжках поэта.

Все художники и литераторы, работавшие в той или иной мере над "окнами" РОСТА и Главполитпросвета, единодушно заявляли, что Маяковский не рисовал "окон" на тексты, написанные не им. Таким образом, тексты "окон", нарисованных Маяковским, написаны им. Это позволило увеличить более чем на четыре сотни общее количество текстов Маяковского, авторство которых установлено по совершенно объективным признакам. Убедительные свидетельства о принадлежности многих текстов других "окон" Маяковскому дает их серьезный стилистический и текстологический анализ.

В первом посмертном Полном собрании сочинений В. В. Маяковского (т. 4, М., 1937) было помещено около 300 текстов "окон". Однако вскоре было признано, что некоторые из этих "окон" не принадлежат Маяковскому, поэтому во второе Полное собрание сочинений поэта (т. 4, М., 1949) они не вошли, но количество текстов "окон", принадлежность которых Маяковскому была доказана к этому времени, увеличилось уже до 562. В следующее Полное собрание сочинений поэта (т. 3, М., 1957) вошло уже 634 текста "окон". В настоящем издании общее количество текстов "окон", принадлежащих Маяковскому, возросло до 651.

Все это говорит о большой работе, проделанной совместными усилиями многих ученых по выявлению текстов "окон", написанных В. В. Маяковским, однако эта работа еще далеко не закончена. Предстоит дальнейшее изучение не только каждого безымянного текста "окон", но и тех текстов, авторство которых сомнительно. Будет продолжен и поиск тех "окон", которые пока еще не обнаружены.

В своих статьях, посвященных "окнам сатиры", Маяковский приводит имена других лиц, работавших над рисунками и текстами плакатов. Однако участие их в этом деле было далеко не равноценно.

Большую помощь Маяковскому оказывали в его трудной работе над "окнами" по-настоящему близкие ему люди - мать и сестры. В их лице он постоянно находил поддержку и полное взаимопонимание, самую практическую и конкретную помощь.

Об этом в своих воспоминаниях говорила старшая сестра поэта Людмила Владимировна Маяковская:

"В эту работу включились и мы. Я по своей специальности была хорошо знакома с этим делом и предложила брату принять участие в работе. Володя охотно согласился принять меня и сестру в Роста, предупредив нас:

- Плакаты необходимы к сроку, на другой день они не нужны. Если можете так работать, то работайте!

Мы никогда его не подводили. Большею частью мы работали над рисунками и текстами брата - было легче и роднее.

Володя давал нам свои рисунки в карандаше. Их нужно было расцветить условными красками. Вначале он на своих рисунках обозначал для нас цвета красок, а потом мы усвоили эту символику и рисовали самостоятельно. По этим рисункам делались трафареты. Труднее всего было делать текст. Я сразу разбивала его на два шаблона, и рисунки делали аккуратно, без пробелов. Я и теперь узнаю наши рисунки по тексту. У сестры была твердая рука, и она резала шаблоны рисунков, а я - текстов, а потом вместе мы размножали их. Было холодно, горела все время дымная печурка, наша мама, всегда деятельно поддерживавшая нас в работе, растирала краски и разогревала клей. Мы с большим трудом укладывали ее спать, а сами часто работали до утра, быстро развешивая рисунки для просушки по комнате, иногда даже накрывая ими спящую маму...

Было холодно, шаблон засыхал плохо, краска стекала на следующий шаблон. А ведь по сто - сто пятьдесят штук плакатов с одного шаблона приходилось делать! Обычно срок был три дня. Работа очень напряженная. Потом сестра на спине в рюкзаке несла плакаты в Роста, на Рождественский бульвар, сдавала и получала новый заказ. И снова мы всей семьей принимались за дело.

Мы работали с большим энтузиазмом и радовались пользе, которую приносили, и тому, что работали вместе с Володей. Много лет спустя сестра иногда спрашивала меня:

- Знаешь, что я с удовольствием делала бы сейчас?

- Что?

- Плакаты Роста...

Я соглашалась с ней. Ведь это была такая большая и замечательная работа". (Л. Маяковская. О Владимире Маяковском. Воспоминания сестры. М., "Детская литература", 1968.)

В. В. Маяковский относился к своей работе в РОСТА с большой ответственностью.

Он хорошо понимал, что "окна" сатиры РОСТА представляли собой яркие образцы подлинно революционного искусства, поставленного на службу народу, впервые взявшему власть в свои руки. Обращаясь позже к "окнам", он с гордостью писал: "Было много у меня и хороших и популярных стихов - они не вошли ни в одно собрание сочинений" ("Только не воспоминания..."). А еще позже, давая отповедь эстетам, видевшим только "низменность агитационного текста", "торопливость", отмечал: "Вне телеграфной, пулеметной быстроты - этой работы быть не могло. Но мы делали ее не только в полную силу и серьезность наших умений, но и революционизировали вкус, подымали квалификацию плакатного искусства, искусства агитации. Если есть вещь, именуемая в рисунке "революционный стиль",- это стиль наших окон" ("Прошу слова...").

"Окна" сатиры РОСТА сыграли большую роль в развитии советской сатиры, способствовали формированию советской сатирической журналистики, воспитанию многочисленных кадров для этой прессы. "Окна" сатиры РОСТА Маяковский дважды называл предками всех советских сатирических журналов ("Прошу слова...", "Окна сатиры РОСТА").

Маяковский подчеркивал и то, что работа над "окнами" сыграла огромную роль в его творческой эволюции, в выработке нового поэтического стиля. Оценивая сборник "Грозный смех", подготовленный им в 1929 году к печати и составленный из текстов "окон сатиры", он писал в предисловии: "Для меня эта книга большого словесного значения, работа, очищавшая наш язык от поэтической шелухи на темах, не допускающих многословия" ("Прошу слова...").

Маяковский считал сборник "Грозный смех" пособием, которое подготовит советских читателей к новым боям с врагами советского строя. Прошло немногим более десяти лет, и грозный смех Маяковского, его знаменитые "окна" сатиры РОСТА были взяты на вооружение всем советским народом, вызвали к жизни многочисленные "Окна сатиры ТАСС" и фронтовые "окна сатиры", которые, подобно их предшественникам, сыграли большую роль в общенародной борьбе с фашизмом.

Славные традиции "окон" сатиры РОСТА, их богатейший опыт оказались очень плодотворными и в практике сегодняшней агитационной и пропагандистской работы, будь то вопросы международной политики или вопросы производственной пропаганды. Грозный смех Маяковского, его знаменитые "окна сатиры" давно уже перешагнули границы нашей страны и взяты на вооружение коммунистами зарубежных стран, лучшими представителями творческой интеллигенции всего мира, борцами за лучшее будущее своих народов.

В настоящий том вошли тексты "окон", написанные Маяковским с осени 1919 года по январь 1922 года. Располагаются они в хронологической последовательности по двум основным разделам: "Окна" РОСТА (1919-1921)" и "Окна" Главполитпросвета (1921-1922)".

Самостоятельно выделены тексты для "окон", которые сделаны были Маяковским и его товарищами по заказу ЦК Союза горнорабочих в конце января - начале февраля 1921 года. Они тоже расположены в соответствии с хронологией.

Тексты "окон", выполненные в сентябре 1921 года по заказу Губрабиса - Московского губпрофсовета работников искусств - даются в одном ряду с "окнами" Главполитпросвета.

Открывается том текстами для плакатов, составившими альбом "Герои и жертвы революции", и книги "Советская азбука". Работа над этими книгами, увидевшими свет до появления первых "Окон" сатиры РОСТА, сыграла, по признанию самого Маяковского, большую роль в его творчестве, в развитии агитационного плаката нового типа и прежде всего "окон" сатиры РОСТА.

В самостоятельный, заключительный раздел тома выделены тексты "окон", переработанные Маяковским в 1929 году для сборника "Грозный смех".

Тексты даются с разбивкой строк по кадрам в соответствии с количеством рисунков в "окне". Явные описки шрифтовиков и трафаретчиков, исправленные ранее, а также замеченные нами, оговариваются в примечаниях.

В примечаниях указывается: 1) знак издающей "фирмы" - "Роста", "Главполитпросвет", "Отд. произв. проп. ЦК горнорабочих", "Губрабис"; 2) номер "окна" или, когда номер отсутствует (не проставлялся, утрачен в результате дефектов, не прочитывается точно), соответствующее разъяснение, заключенное в квадратные скобки; [Роста б/№], [Роста № ?]. Роста № 553 (или 558); 3) примерная или точная (если она указана на "окне" или подтверждается документальными источниками) дата выпуска "окна"; 4) источники текста (оригиналы, фотографии, трафаретные оттиски, автографы, машинописный оригинал сборника "Грозный смех", подготовленный Маяковским в 1929 году) с указанием мест их хранения; 5) инициалы и фамилия художника.

В примечаниях указываются только первые прижизненные публикации текстов "окон", а также сборник "Грозный смех" (М., 1932), подготовленный самим Маяковским. В отдельных случаях в примечаниях даются исторические пояснения и справки, помогающие лучше понять органическую связь "окон" с эпохой, их боевой дух и конкретный агитационный заряд, их ярко выраженный публицистический характер. Особое значение в этой связи приобретают в примечаниях ссылки на работы В. И. Ленина и постановления партии и правительства, которые очень часто являлись первоосновой при создании "окон" РОСТА и Главполитпросвета.

Принятые сокращения

ГПП - Главполитпросвет.

ГБЛ - Государственная библиотека СССР имени В. И. Ленина в Москве.

ГЛМ - Государственный литературный музей (Москва).

ГММ - Государственный музей В. В. Маяковского.

ГПБ - Государственная публичная библиотека имени М. Е. Салтыкова-Щедрина (Ленинград).

ГТГ - Государственная Третьяковская галерея.

ЦГАЛИ - Центральный государственный архив литературы и искусства СССР (Москва).

ЦГАОР - Центральный государственный архив Октябрьской революции, высших органов государственной власти и органов государственного управления СССР (Москва).

ГРМ - Государственный Русский музей (Ленинград).

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании материалов просим ставить активную ссылку на страницу источник:
http://v-v-mayakovsky.ru/ "V-V-Mayakovsky.ru: Владимир Владимирович Маяковский"